Витрина без счёта, знак и разбор своих продаж

Нет, и ни с кого не берёт. Комиссии нет ни с Плюсом, ни без него: деньги за бит идут от покупателя автору напрямую, а Хаб в этой цепочке не стоит нигде. Подписка ничего не меняет в сделках — она про то, что сверх них.

Через ЮKassa: нажатие уводит на её форму, карту вводят там, и у Хаба она не появляется ни на секунду. Обратно приезжают четыре последние цифры — для строки в чеке, — и всё. Это единственное, за что Хаб берёт деньги сам: за биты, наборы и услуги по-прежнему платят напрямую автору.

Нет. Автоплатежа у Хаба нет: касса его не согласовала, и карта у нас не хранится — списать нечем. Продлевают Плюс вручную, тем же нажатием, что и покупали, а чтобы срок не кончился незаметно, мы предупреждаем заранее: за три дня, за сутки, за двенадцать часов и за час. Новый срок считается от конца нынешнего, так что продлив заранее, дня не потеряешь.

Пока работает Хаб. Не три года, не пять и не «до такого-то числа»: у этого тарифа нет даты конца ни на экране, ни в базе. Один платёж — и Плюс с тобой до тех пор, пока есть куда заходить. И это не обещание без границы: обещание без границы переживает того, кто его дал, и потому невыполнимо. Это кончится ровно тогда, когда кончится площадка, — а до тех пор нарушить его нельзя.

Тогда кончится всё сразу, а не один твой тариф, и это честная граница обещания: площадка не может обещать больше, чем собственное существование. Поэтому мест у «Основателя» триста, а не три тысячи, — столько, скольких можно обслуживать по одному платежу, не подводя их на третий год. Товары, сделки и файлы при этом остаются твоими: Плюс их не держит и держать не может.

Триста, и это не искусственная редкость ради спешки, а арифметика: у тарифа больше нет срока, а значит триста — верхняя граница того, скольких площадка готова обслуживать по одному платежу. Раньше редкость ограничивала цену, теперь — обязательство. Счётчик считает сервер и показывает остаток как есть.

Десять битов и десять наборов на витрине, пять своих студий записи. Услуги не считаются вовсе: одна услуга — одна карточка, и тридцати их не бывает. Считаются только те, что сейчас на витрине: продал бит эксклюзивом, он ушёл из каталога — место освободилось, и на его месте можно выложить новый. Черновики тоже не в счёт. С Плюсом не считается ничего.

Потому что трафик платный, а комиссии Хаб не берёт. Каждая карточка — это обложка, отрывок и файл, которые кто-то хранит и раздаёт, и до сих пор платила за это площадка одна. Потолок выбран так, чтобы его не заметил тот, кто пришёл продавать своё, и заметил тот, для кого витрина — поток. Десять действующих битов — это не «попробовать», это работающая витрина.

Нет, и выглядят они по-разному намеренно. «Я заплатил» и «это правда он» отвечают на разные вопросы, и похожие силуэты продавали бы доверие за 199 ₽ в месяц. Подтверждение личности проходят отдельно, и оно бесплатное.

Нет. Ни выше в выдаче, ни выше на полке, ни первым в ленте. Полка, которую можно купить, перестаёт быть полкой и становится рекламным щитом — а по ней сюда и приходят.

Подписка доработает оплаченный срок и не продлится (продлить её можно только вручную, и мы просто перестанем напоминать). Товары, сделки, витрина и всё, что человек выложил, остаются на месте: Плюс ничего из этого не держит и держать не может. Выложенное сверх потолка тоже никуда не денется и не спрячется — Хаб не снимает с витрины то, что на ней уже стоит. Просто новое сверх десяти добавить будет нельзя, пока не освободится место.